Ничего больше не буду говорить, просто оставлю это здесь: http://rwarden.ru/files/metro.docx

Шепот. Все началось с того, что я услышал шепот. Я пытался спихнуть все на усталость или, наконец, на тихо щебечущего что-то посреди ночи попугая в клетке... Но это был шепот, доносящийся из-под моей кровати. Я боялся пошевелиться. Смешно, но будучи взрослым человеком, я просто не мог позволить себе сделать ни одного движения. Да и никто на моем месте не смог бы. Я не мог уснуть. Я слышал около двух шепчущих что-то голосов. Иногда из-под кровати раздавался тихий смех. У меня не осталось даже крохотной надежды на то, что это соседи снизу, после того, как я почувствовал несколько слабых толчков из-под матраса. Они не стесняли себя в движениях. Не боялись, что я их обнаружу. Но почему-то говорили только шепотом. Шепотом, который я никак не мог разобрать. Наконец, после того, как примерно час я находился в оцепенении, я нашел в себе силы, чтобы закричать. Закричать и ринуться к выключателю. Но как только моя нога коснулась пола, ее схватили. Падение, удар головой о паркет, потеря сознания.
 Я очнулся примерно в двенадцать часов следующего дня. Голова раскалывалась, но я все помнил. Стоит ли говорить, что под кроватью никого не было? Но там я нашел клочок бумаги, на котором было написано настоящими чернилами (!) всего три слова: "Он выбрал тебя". Паника. Конечно, я позвонил в полицию. И, разумеется, они мне не поверили. Их не впечатлила ни огромная шишка на моей голове, ни найденная мной записка. Зато мой мини-бар в гостиной сразу привлек их внимание. Он и есть Буги-мэн под моей кроватью, сказали они. Страх...
С того дня я начал слышать шепот повсюду. Находясь на работе, гуляя с девушкой по Центральному парку, сидя в кафе... Теперь я стал различать свое имя. Я боялся. Стал нервным. Не мог спать. Я обратился к врачу, который выписал мне антидепрессанты и посоветовал взять отпуск. Но мне это не помогло. Все стало намного хуже. Намного. Я впервые увидел их.
Это случилось одной из ночей, когда меня вновь донимал шепот. Я решил выпить снотворного и отправился на кухню. Зеркало. Большое зеркало, висящее в коридоре. Я случайно бросил на него свой взгляд. После этого у меня появилась седина. За мной шли три существа. Их кожа была бледной, волосы отсутствовали, как и глаза с носом. Практически всю площадь их "лица" занимали огромные рты с бесчисленным множеством зубов. Я замер. Они тоже остановились. "Дэвид..." - прошептало одно из них. Остальные тихо засмеялись. Засмеялись своими огромными безгубыми ртами. Из моих глаз потекли слезы, я обмочился. Снова потеря сознания.
Очнувшись утром, я выплюнул лист бумаги, запиханный мне в рот. Я развернул его дрожащими руками. Теми же чернилами было написано: "Один день". Я заплакал. 
До вечера я бродил по городу. Шепот был повсюду. Я знал, что они рядом, что они ждут. Я знал, что прятаться нет смысла. И я знал, что это мой последний день. Безумие. Теперь я смеялся. Как глупо! Все было так хорошо тогда, раньше... Что же я натворил? Почему и кто выбрал меня? За что?!
Я пошел домой. Уже темнело. В моем столе лежал пистолет. Они не получат меня! Я выдвинул шкафчик. Рядом с оружием стояла банка чернил. Таких же, какими были написаны записки. Я засмеялся. Эти твари больше не прятались. Больше не шептали. Они стояли вокруг меня и смеялись во весь голос. Смеялись вместе со мной. Я поднес пистолет к виску.
.................................................................................................................................................................................

Соседи, слышавшие выстрел, вызвали полицию. Приехавшие стражи порядка обнаружили выпотрошенное тело молодого парня. В его руках был зажат пистолет, голова прострелена. "Карл..." - услышал один из полицейских тихий шепот, произносящий его имя. "Показалось," - подумал он и продолжил делать снимки растерзанного тела.
 

---

ВНИМАНИЕ!!! Много букаф!!!
---

Чёрный человек

Друг мой, друг мой,

Я очень и очень болен.
Сам не знаю, откуда взялась эта боль.
То ли ветер свистит
Над пустым и безлюдным полем,
То ль, как рощу в сентябрь,
Осыпает мозги алкоголь.
Голова моя машет ушами,
Как крыльями птица.
Ей на шее ноги
Маячить больше невмочь.
Черный человек,
Черный, черный,
Черный человек
На кровать ко мне садится,
Черный человек
Спать не дает мне всю ночь.
Черный человек
Водит пальцем по мерзкой книге
И, гнусавя надо мной,
Как над усопшим монах,
Читает мне жизнь
Какого-то прохвоста и забулдыги,
Нагоняя на душу тоску и страх.
Черный человек,
Черный, черный!
«Слушай, слушай, —
Бормочет он мне, —
В книге много прекраснейших
Мыслей и планов.
Этот человек
Проживал в стране
Самых отвратительных
Громил и шарлатанов.
В декабре в той стране
Снег до дьявола чист,
И метели заводят
Веселые прялки.
Был человек тот авантюрист,
Но самой высокой
И лучшей марки.
Был он изящен,
К тому ж поэт,
Хоть с небольшой,
Но ухватистой силою,
И какую-то женщину,
Сорока с лишним лет,
Называл скверной девочкой
И своею милою.
Счастье, — говорил он, —
Есть ловкость ума и рук.
Все неловкие души
За несчастных всегда известны.
Это ничего,
Что много мук
Приносят изломанные
И лживые жесты.
В грозы, в бури,
В житейскую стынь,
При тяжелых утратах
И когда тебе грустно,
Казаться улыбчивым и простым —
Самое высшее в мире искусство».
«Черный человек!
Ты не смеешь этого!
Ты ведь не на службе
Живешь водолазовой.
Что мне до жизни
Скандального поэта.
Пожалуйста, другим
Читай и рассказывай».
Черный человек
Глядит на меня в упор.
И глаза покрываются
Голубой блевотой, —
Словно хочет сказать мне,
Что я жулик и вор,
Так бесстыдно и нагло
Обокравший кого-то.

Друг мой, друг мой,
Я очень и очень болен.
Сам не знаю, откуда взялась эта боль.
То ли ветер свистит
Над пустым и безлюдным полем,
То ль, как рощу в сентябрь,
Осыпает мозги алкоголь.
Ночь морозная.
Тих покой перекрестка.
Я один у окошка,
Ни гостя, ни друга не жду.
Вся равнина покрыта
Сыпучей и мягкой известкой,
И деревья, как всадники,
Съехались в нашем саду.
Где-то плачет
Ночная зловещая птица.
Деревянные всадники
Сеют копытливый стук.
Вот опять этот черный
На кресло мое садится,
Приподняв свой цилиндр
И откинув небрежно сюртук.
«Слушай, слушай! —
Хрипит он, смотря мне в лицо,
Сам все ближе
И ближе клонится. —
Я не видел, чтоб кто-нибудь
Из подлецов
Так ненужно и глупо
Страдал бессонницей.
Ах, положим, ошибся!
Ведь нынче луна.
Что же нужно еще
Напоенному дремой мирику?
Может, с толстыми ляжками
Тайно придет „она“,
И ты будешь читать
Свою дохлую томную лирику?
Ах, люблю я поэтов!
Забавный народ.
В них всегда нахожу я
Историю, сердцу знакомую, —
Как прыщавой курсистке
Длинноволосый урод
Говорит о мирах,
Половой истекая истомою.
Не знаю, не помню,
В одном селе,
Может, в Калуге,
А может, в Рязани,
Жил мальчик
В простой крестьянской семье,
Желтоволосый,
С голубыми глазами...
И вот стал он взрослым,
К тому ж поэт,
Хоть с небольшой,
Но ухватистой силою,
И какую-то женщину,
Сорока с лишним лет,
Называл скверной девочкой
И своею милою».
«Черный человек!
Ты прескверный гость.
Эта слава давно
Про тебя разносится».
Я взбешен, разъярен,
И летит моя трость
Прямо к морде его,
В переносицу...

...Месяц умер,
Синеет в окошко рассвет.
Ах ты, ночь!
Что ты, ночь, наковеркала?
Я в цилиндре стою.
Никого со мной нет.
Я один...

И разбитое зеркало...

1925г.

Сам сайт: dobrach.me